Николай Гнедич
БИБЛИОТЕКА ПОЭЗИИ    
Стихотворения 1804 г.
К моим стихам
Красоты Оссиана, или Песни в Сельме
Общежитие
Последняя песнь Оссиана
Стихотворения 1805 г.
Глас благодарности
Мильтон, сетующий на свою слепоту
На гробе матери
Перуанец к испанцу
Сон скупого
Стихотворения 1806 г.
Скоротечность юности
Стихотворения 1807 г.
Гомеров гимн Венере
Гомеров гимн Диане
Гомеров гимн Минерве
К К. Н. Батюшкову
Стихотворения 1808 г.
Семеновой при посылке ей экземпляра трагедии «Леар»
Стихотворения 1809 г.
Задумчивость
Стихотворения 1810 г.
Графу
Дружба
На смерть Даниловой
Ответ на послание гр. Д. И. Хвостова
Стихотворения 1811 г.
К Батюшкову при подарке ему белой книги
Стихотворения 1812 г.
Подражание Горацию
Стихотворения 1813 г.
Циклоп
Стихотворения 1815 г.
Кавказская быль
Ласточка
Новости
Сетование Фетиды на гробе Ахиллеса
Стихотворения 1816 г.
К Морфею
Что значит любить
Эпиграмма (Ты прав, Дурин, лицом я не ...)
Стихотворения 1817 г.
К ***, требовавшей экземпляра сочинений Батюшкова
Перстень
Стихотворения 1819 г.
К NN
К другу
К провидению
М. Ф. Кокошкиной
Осень
Стихотворения 1820 г.
К И. А. Крылову
Приютино
Стихотворения 1821 г.
Арфа Давида
Военный гимн греков
К И. А. Крылову, приглашавшему меня ехать с ним в чужие края
Молитва детей
Стихотворения 1822 г.
В альбом Шимановской
Терентинская дева
Стихотворения 1824 г.
День моего рождения
Иностранцам гостям моим
К П. А. Плетневу
Мелодия
На смерть ***
Стихотворения 1826 г.
«Любовью пламенной отечество любя...»
Троица на масленой неделе
Стихотворения 1827 г.
А. А. О.
Медведь
Тантал и Сизиф в аде
Стихотворения 1831 г.
К барону А. А. Дельвигу
К нему же, при погребении
На смерть барона А. А. Дельвига
Стихотворения 1832 г.
А. С. Пушкину по прочтении сказки его о царе Салтане и проч.
Дума («Кто на земле не вкушал жизни на лоне ...»)
Дума («Печален мой жребий, удел мой жесток!»)
Пушкин, прийми от Гнедича два в одно время привета
Стихотворения 1915 г.
Амбра

Николай Гнедич

Гнедич Николай Иванович (2 февраля (13 февраля) 1784, Полтава ― 3 февраля (15 февраля) 1833, Санкт-Петербург) ― русский поэт, переводчик «Илиады».

Николай Гнедич происходил из казачьего рода Гнеденок. Его предки жили на Слободской Украине, в тех самых местах, где позже прошла граница между Полтавской и Харьковской губерниями. Предки Николая Гнедича были сотниками. Они были полноправными хозяевами сотенного городка и прилежащих к нему сел. Они принадлежали к среднему слою казачества и получали доход от земли. В период царствования Екатерины II они получили дворянство и одновременно фамилию Гнедич. При этом они потеряли власть и стали чиновниками и помещиками. Последним сотником в роду был дед Николая Гнедича. Отец поэта занимался своим хозяйством, хуторами и мельницами.

Мать Николая Гнедича умерла сразу после его рождения. В раннем детстве он переболел оспой, которая на всю жизнь оставила следы на его лице. Дела у отца шли плохо. В девять лет Николая Гнедича отдали в семинарию в Полтаве. Там он познакомился с А.П. Юшневским, будущим декабристом, и они надолго стали друзьями. С самого начала обучения Николай Гнедич проявил отличные способности к изучению древних языков, хотя их преподавали не слишком серьезно и преподаватели сами не были в них сильны. Тогда же он проявил склонности к стихосложению и лицедейству, то есть актерской игре. Он принимал участие в работе народных театров.

Преподаватели обратили внимание на выдающиеся способности Николая Гнедича и направили его учиться в Харьковский коллегиум. Это учебное заведение было устроено по принципу польских иезуитских школ. В 1800 году Николай Гнедич окончил учебу в коллегиуме, но не стал учителем или священником. Он устремился в Москву, чтобы учиться дальше, в университете.

С помощью рекомендательных писем он поступил в Московский университетский Благородный пансион. Николай Гнедич отличался прилежанием и терпением, подавая пример другим студентам. Студентам пансиона предлагалась широкая программа обучения, к тому же их поощряли самостоятельно изучать предметы, не входящие в программу. Николай Гнедич слушал лекции П.А. Сохацкого. Именно они пробудили интерес Николая Гнедича к античной литературе.

Раннее творчество Николая Гнедича выражало его материалистическое мировоззрение. Гуманитарные курсы университета были проникнуты просветительскими идеями, и Николай Гнедич увлекся просветительской философией конца XVIII века. Эти идеи он пронес с собой через всю жизнь.

Учась в университете, Николай Гнедич в первый раз почувствовал различие между собой и теми студентами, которые получили настоящее дворянское образование. В дальнейшем он полагал, что важным условием развития благородного образа мыслей является именно труд и жизненные невзгоды.

30 декабря 1802 года Николай Гнедич уволился из университета по прошению и уехал в Петербург. Там он прожил несколько лет в большой бедности, работая писцом в департаменте народного просвещения. В этих условиях он и начал свою литературную деятельность. Чем больше Николай Гнедич входил в литературную и театральную жизнь города, тем труднее ему было мириться со своим бедственным положением. Ему даже было тяжело соблюдать принятые в то время требования к костюму и домашней обстановке.

Первым литературным опытом Николая Гнедича стал перевод трагедии «Заговор Фиеско в Генуе» Шиллера. Эта книга пользовалась огромной популярностью и сделала Николая Гнедича известным. В это же время вышел его роман «Дон Коррадо де Герера». Несмотря на то что он был довольно слабым, он был любопытен с идейной точки зрения.

Несколько позже Николай Гнедич написал два стихотворения, которые сделали его популярным поэтом. Это стихотворения «Общежитие» (1804), посвященное рассуждениям об общественном предназначении человека, и «Перуанец к испанцу» (1805).

Среди поэтических произведений Николая Гнедича, которые были написаны до 1811 года, когда он начал работать над переводом «Илиады», особую роль играет подражание песням Оссиана. В 1804 году он написал отрывок «Последняя песнь Оссиана» русским песенным стихом. Это было подражание поэме «Берратон». В 1806 году Николай Гнедич перевел «Песни в Сельме», назвав произведение «Красоты Оссиана».

Тот факт, что в русской поэзии до конца 1810-х годов преобладали элегии и другие «безделки», стал началом борьбы за развитие более высокой, героической поэзии. В этой борьбе Николай Гнедич участвовал не только в качестве поэта и переводчика, но и в качества критика и советчика молодых поэтов.

Николай Гнедич пропагандировал высокое и героическое не только в литературе, но и в театре. Он вел борьбу за русский национальный театр, актеров, репертуар и доступность театра для народа. Николай Гнедич действовал одновременно как театральный критик, драматург, переводчик и педагог. Он принимал романтическую драматургию и в то же время хотел укрепить позиции лучших образцов классической трагедии. Николай Гнедич противопоставлял драматургию Шиллера трагедиям классиков-эпигонов. Его переводческая деятельность способствовала обновлению театрального репертуара. Он переводил трагедии Шекспира «Гамлет» и «Король Лир». Большой успех на русской сцене имела трагедия Вольтера «Танкред», которую Николай Гнедич перевел в стихах. Для него Вольтер был в первую очередь величайшим просветителем. В драмах Вольтера он видел большую эмоциональную силу свободолюбия и патриотизма.

Творческий путь Николая Гнедича как переводчика, поэта и театрального деятеля представлял собой одно целое. В его творческих начинаниях с самого начала прослеживаются истоки того направления, которое привело Николая Гнедича к его центральным произведениям, таким как перевод героического эпоса Гомера. Практически с самого начала творческого пути Николая Гнедича существенную часть его творчества составляли переводы.

В 1807 году Николай Гнедич приступил к переводу «Илиады». Вначале он переводил александрийским стихом, но в 1811 году он оставил это занятие и приступил к гекзаметрическому переводу. Именно эта литературная задача стала делом всей жизни Николая Гнедича.

То время, когда Николай Гнедич приступил к длительной работе над переводом «Илиады», стало для него переломным. Осенью 1809 года он получил пособие для работы над переводом. Князь Гагарин выхлопотал для него небольшую пенсию. А в 1810 году Николай Гнедич был приглашен в открывающуюся Публичную библиотеку для разбора рукописей и книг. Новая должность и пенсия позволили ему изменить свое материальное положение. Теперь ему не приходилось уклоняться от посещения литературных собраний, куда ему нечего было надеть. Николай Гнедич больше не голодал и не мерз в каморке на чердаке. При Публичной библиотеке он получил квартиру по соседству с квартирой И.А. Крылова, который тоже служил в этой библиотеке.

Тем не менее ни литературная известность, ни стабильное материальное положение не принесли Николаю Гнедичу счастья в личной жизни. Несколько пережитых им увлечений, самым сильным и длительным из которых было увлечение Е. Семеновой, не были взаимными. В те годы Николай Гнедич описывал свое душевное состояние так: «Главный предмет моих желаний ― домашнее счастье. Моих? Едва ли это не цель и конец, к которым стремятся предприятия и труды каждого человека. Но, увы, я бездомен, я безроден... Круг семейственный есть благо, которого я никогда не видал...» Одной из немногих радостей в жизни Николая Гнедича была его дружба с сестрой, Галиной Бужинской, которая жила на Украине. Он тяжело пережил ее смерть в конце 1810-х. Вскоре умерла и ее дочь. Николай Гнедич отчасти компенсировал отсутствие собственной семьи дружескими связями. Он вместе с И. Крыловым, В. Озеровым и К. Батюшковым стал завсегдатаем в доме семьи Олениных. В этой семье он стал абсолютно своим человеком и вместе с Крыловым проводил лето в усадьбе Олениных. Эта большая семья часто устраивала приемы, домашние спектакли и чтения.

Приступая к работе над «Илиадой», Николай Гнедич писал: «Я прощаюсь с миром, ― Гомер им для меня будет». Тем не менее античный героический мир не увел его от реальности. В этот период Россия терпела различные бедствия. С Отечественной войной был связан немалый патриотический подъем, поскольку первые поражения волновали всех, а сведения о мудрости полководцев и героизме армий наполняли патриотов гордостью. В этой ситуации появляющиеся в журналах отрывки из перевода героической эпопеи воспринимались практически как современная литература. Да и сам Николай Гнедич в эти тревожные времена заметил связь происходящего с сюжетом «Илиады». Отрывок из «Прощания Гектора с Андромахой» произвел впечатление на уезжающих героев и их семей. Война подняла темы гражданской доблести и мужества, и призыв Николая Гнедича воспитывать патриотизм и гражданскую сознательность, высказанный 2 января 1814 года на открытии Публичной библиотеки, прозвучал очень кстати.

Николай Гнедич полагал, что для подготовки молодежи к общественной жизни очень важны примеры древних героев. Он считал важной причиной замедления развития словесности воспитание дворянской молодежи в неге и роскоши. Именно чтение трудов античных поэтов и историков Николай Гнедич полагал лучшим лекарством от таких болезней века, как бесплодные фантазии, метафизика и элегические вздохи. Подъем патриотизма способствовал сопротивлению дворянства французским влияниям. Также Николай Гнедич стремился избавиться от части правил французской поэтики, которые автоматически переносились в русскую поэтику. В частности, он весьма критично относился к использованию французского александрийского стиха в переводах произведений античных авторов.

По мнению Николая Гнедича, язык «Илиады» не мог быть похожим на современный. Николай Гнедич определил язык «Илиады» как «язык страстей человечества юного, кипящего всею полнотою силы и духа». Он отмечал в этом языке его «торжественную важность» и «величественную простоту». Николай Гнедич считал, что задача переводчика состоит в том, чтобы передать данные качества языка так, чтобы они казались изначально принадлежащими русскому языку. Стиль перевода «Илиады» разрабатывался на основе лексики и фразеологии, которые являлись исконно присущими русскому языку и народной поэзии.

В своем «Рассуждении о причинах, замедливших ход нашей словесности» Николай Гнедич утверждал, что нужно обращаться в первую очередь к таким источникам русского слова, как церковные книги и летописи. Именно этими источниками Николай Гнедич пользовался в процессе работы над переводом «Илиады».

Николай Гнедич весьма искусно передал важность и торжественность гомеровского стиля с помощью перифрастической фразеологии. Он добивался близости перевода к оригиналу, используя перифрастические фразы вроде «сердцем никто не пылает» вместо обычного «никто не хочет». Николай Гнедич использовал старинные русские книги, как светские, так и церковные, а также славянскую библию и летописи. Он применял в переводе такие обороты, которые обычно свойственны торжественным историческим сказаниям и религиозным легендам. А для того чтобы сделать стилистический окрас перевода «Илиады» одновременно величественным и простым, Николай Гнедич обращался к народному поэтическому творчеству. В частности, он использовал в переводе повторения, которые вполне типичны для украинской и русской песенной поэзии.

Приблизительно в 1816 или 1817 году Николай Гнедич начал подготовку комментария к переводу. Комментарий не был окончен, но по сохранившимся фрагментам и заметкам можно увидеть его предполагаемый характер и объем. Во время работы автор задался так называемым гомеровским вопросом о происхождении поэмы. В процессе его решения Николай Гнедич написал поэму «Рождение Гомера». Эту поэму автор считал одной из лучших в своем творчестве. Поэма основывается на античных мифах и воплощает теоретические размышления Николая Гнедича. Считается, что связанное по смыслу с «Илиадой» стихотворение «Сетование Фетиды на гробе Ахиллеса» представляло собой первоначальный вариант первой части поэмы.

Николая Гнедича привлекали внешние проявления театральной торжественности. Поэтому он всячески подчеркивал свое исключительное положение в литературной среде. Ведь он был поэтом, «вступившим в состязание с Гомером».

Когда А. Пушкин, А. Дельвиг и В. Кюхельбекер учились в лицее, труды Николая Гнедича уже входили в программу изучения русской словесности и в сборники «образцовых произведений». Лицеисты по-разному оценивали творчество Николая Гнедича. Вольнодумцы Кюхельбекер и Пушкин сильнее интересовались политической лирикой Николая Гнедича, такими стихотворениями, как «Общежитие» и «Перуанец к испанцу». Ранняя гражданская лирика Пушкина была проникнута некими элементами лирики Гнедича. Особенно заметна аналогия в заключении оды «Лицинию», которое по тону и стилю близко к заключительной части стихотворения «Перуанец к испанцу».

15 октября 1826 года Николай Гнедич считал датой окончания работы над переводом «Илиады». Но 1827 год и даже начало 1828 года были заняты исправлениями и доработками. В это же время Николай Гнедич работал над комментарием к переводу. Для осуществления замысла поэта требовалось несколько лет напряженной работы, но постоянно ухудшающееся здоровье поэта не позволяло ему рассчитывать на такой срок. Поэтому перевод был издан в начале 1829 года без комментария.

Рецензии, которые печатались в журналах, в основном касались вопросов языка и ритма перевода. Была поднята дискуссия о недостатках гекзаметра и общей архаичности стиля перевода. Из «Московского вестника», в основном исходили отрицательные отзывы, а «Московский телеграф» оценил перевод высоко. Перевод Николая Гнедича защищал В. Белинский, поддерживая положительные отзывы, публиковавшиеся в «Московском телеграфе», и обращая внимание на общекультурно значение труда Николая Гнедича. Даже после смерти Гнедича разбор перевода продолжался.

Начиная с 1825 года Николай Гнедич начал активно лечиться от болезней, преследовавших его еще с 1809 года. Летом 1825 года по совету врачей он поехал на Кавказские минеральные воды. После поездки ему стало немного лучше, но возвращение в Петербург оказалось для его здоровья губительным. В августе 1827 года Николай Гнедич уехал в Одессу, где провел год.

В последние годы своей жизни Николай Гнедич написал всего лишь несколько стихотворений, а также в 1829 году предисловие к переводу «Илиады». За год до смерти он издал сборник своих произведений, подвергнутый бдительному осмотру цензуры. Цензоры потребовали исключить из сборника ряд стихотворений. Последний сборник стихотворений Николая Гнедича начинался с поэмы «Рождение Гомера», которая была поставлена на первое место не благодаря ее поэтическим достоинствам, а из-за темы, которая была связана с переводом «Илиады» ― основной задачи творческой жизни Николая Гнедича. В сборник были включены также некоторые не опубликованные ранее стихотворения. Они полны безнадежности и уныния. Автора не покидала мысль о скорой смерти. Стихотворение «Дума» является одним из лучших предсмертных произведений Николая Гнедича.

Николай Гнедич умер в одиночестве. После смерти о нем вспомнили. Похороны были торжественными и пышными. На них собрались представители различных литературных направлений. Присутствовал на них и А. Пушкин. Николай Гнедич был похоронен на кладбище Александро-Невской лавры.





Всё в жертву он принес российскому народу... 00:01